Джон Генри Бонэм родился 31 мая 1948 года и является ровесником ударника DEEP PURPLE Иена Пэйса (тот моложе менее чем на месяц). Кумирами Бонэма были те же барабанщики, от которых «сносило крышу» Пэйсу — Макс Роуч, Бадди Рич и Джин Крупа. Ударную установку Джон получил от отца в пятнадцатилетнем возрасте, и точно в таком же возрасте в подарок от своего отца получил «кухню» и Иен Пэйс!

Как и Пэйс, Бонэм очень ценил ударника группы VANILLA FUDGE Кермайна Апписа. Бонэм записывался с Полом Маккартни: 28 августа 1975 года в песне «Beware My Love», а 3 октября 1978 года в нескольких композициях для альбома WINGS Back To The Egg. Иен Пэйс тоже записывался с сэром Полом, на альбоме Run Devil Run, и даже выступал в составе его группы.

Джон Бонэм – единственный «цеппелин», который был в приятельських отношениях с музыкантами DEEP PURLE. Причем с Хьюзом он поддерживал тесные отношения еще до того, как Гленн стал бас-гитаристом «темно-пурпурных». Он называл TRAPEZE, где играл и пел Гленн, «самым крутым трио  мире». Хьюз: «Иногда он заезжал ко мне и забирал с собой, иногда я приезжал к нему на уикэнд, и мы играли в Лондоне. Бывало, он подвозил меня на концерты, он не раз джемовал с TRAPEZE. Это была его любимая группа. Бонэм сотни раз прокручивал мне четвертый альбом LED ZEPPELIN еще до его выхода». Гленн утверждает, что когда в 1973 году из группы хотел уйти Джон Пол Джонс, Бонэм предлагал ему место басиста LED ZEPPELIN…

Известно, что Блэкмор и Бонэм в течение нескольких лет в середине 70-х были собутыльниками. Они частенько «зависали» в различных питейных заведениях Лос-Анджелеса. Ритчи вспоминает, что Джон, приходя к нему домой, как правило, просил: «Поставь мне «Love On The Silver Mountain!». И когда хозяин дома напоминал ему, что песня называется «Man On The Silver Mountain», тот злился: «Поставь мне гребанную «Love On The Silver Mountain!»». Иногда желание послушать эту композицию RAINBOW приводило к комичным ситуациям. Как-то Ритчи решил провести романтическую вечеринку у себя в голливудском доме. Предполагалось наличие изысканной компании и соответствующей обстановки (классическая музыка, свечи и т.п). И тут пришел поручик Ржевск…  🙂 Вернее, пришел Бонзо, чье присутствие не предполагалось. Причем пришел вместе с Ричардом Коулом (гастрольный-менеджер LED ZEPPELIN). Они позвонили в дверь, и тур-менеджер RAINBOW Колин Харт (он выполнял роль бармена и Старшего Куда Пошлют), как фанат LED ZEPPELIN, просто не мог не впустить эту пару.  Бонзо плюхнулся в кресло в комнате, где стояла аппаратура, и поморщился: звучал Бах. Он попросил поставить ему «Silver Mountain Man» (ну никак Джон не мог запомнить название любимой песни  J), но Харт не решался сменить пластинку. Тогда Бонзо сам подошел к полке, нашел дебютный альбом RAINBOW, и водрузил диск на вертушку вместо Баха. Блэкмору это совершенно не понравилось, и он вернул диск Баха на проигрыватель. Бонзо не сдавался: он снял пластинку Иоганна Себястьяна с вертушки, и запустил ее, аки фрисби. Потом началась возня, которая окончилась тем, что Бонзо оказался в бассейне вместе с рядом посетителей, вылез оттуда, разделся догола, и сел в машину. Из лагеря LED ZEPPELIN потом рассказали Харту, что Бонзо голым прошел в отель, и невозмутимо сел в лифт.

Джон чрезвычайно любил семью, и гастроли для него были нелегким испытанием… Он рассказывал Блэкмору, как менеджер Питер Грант заманил его на очередные гастроли в США – завел в гараж и показал «Lamborgini»: «Она будет твоей, если поедешь» .

А вот что рассказал приятель Томми Болина, бас-гитарист Стенли Шелдон. Однажды, он с Болином, сидя за стойкой бара в лос-анджелесском клубе  «On the rocks» на бульваре Сансет, где, окромя выпивки, всегда можно было достать наркотики, заметили, что рядом с ними потягивает виски Джон: «Бонэм знал, кто такой Болин, так как был большим поклонником пластинки Билли Кобэма Spectrum. Томми тоже испытывал огромное уважение к Бонэму, тот был настоящей легендой. И при жизни, а тем более после смерти, Бонэма почитает едва ли не каждый музыкант на планете. Несмотря на телосложение Джона и грубые манеры, под внешностью грубияна на самом деле прятался большой «плюшевый мишка». Помнится, я сказал ему, что всегда считал очень сложным в плане такта ударных соло в песне «Black Dog», и спросил: «Как тебе удается так играть: «ба-ба-ба-бум-па-па-па»?», а Бонэм прервал меня, и с характерным британским невозмутимым выражением лица пробормотал: «А, это всего лишь 4/4, приятель.» Бонэм и Томми говорили в течение длительного времени об альбоме Spectrum и Билли Кобэме, и, конечно, о LED ZEPPELIN. Когда мы уже собрались уходить, Бонэм внезапно пригласил Томми, меня и наших подруг Карен и Джуди, в свой гостиничный номер, чтобы продолжить вечеринку. Ну конечно, мы пошли. Это был один из самых запоминающихся вечеров в моей жизни. Бонэм — невероятно привлекательный человек. Мы в ту ночь болтали с ним в течение нескольких часов, и все это время его роуди делал периодические визиты к нам в номер, чтобы убедиться, что «допинг» не закончился – на одной тарелке у нас были линии белого «кокса», на другой – более зловещего, бежевого цвета. Ужасно нелепо, что «деятельность», которой мы так много наслаждались в то время, буквально через несколько лет лишит жизни обеих джентльменов, с которыми я тогда сидел рядом (Шелдон имеет в виду Болина и Бонэма — прим автора). Бонэм был под кайфом, безмятежен, и мы болтали до раннего утра, он рассказал нам, как сам мастерит мебель у себя дома в Англии. «Я люблю работать руками» — сказал он мне. Я никогда не забуду ту ночь.»

Любитель экстремальных развлечений Бонэм в середине 70-х иногда отрывался в компании Хьюза, который на то время уже был в составе DEEP PURPLE. Дружба-дружбой, а денежки, вернее, девушки врозь. 🙂 Как-то захмелевший Бонзо направил на Гленна Хьюза пистолет – они не могли поделить подругу.

Во время концерта DEEP PURPLE в нью-йоркском «Radio City Music Hall» в январе 1976 года на сцену взобрался пьяный «в дрезину» Бонэм, схватил микрофон и заорал: «Я Джон Бонэм из LED ZEPPELIN. Хочу вам сообщить, что скоро выходит наш новый альбом под названием Presence, и он великолепен!». Собравшись уходить, Бонэм как будто вспомнил что-то очень важное и опять взял микрофон: «А что касается Томми Болина, то ни фига он играть не умеет!» И только тут пришедшие в себя техники DEEP PURPLE стащили Бонзо со сцены. Хорошо, что на этот раз обошлось без пистолета. 🙂

Однако никакие пьяные выходки Бонэма и его смерть вследствие неумеренного употребления алкоголя не отменяют факт, что Джон являлся великолепным барабанщиком. Звукорежиссер Эдди Крамер: «Бонзо бил по барабанам сильнее, чем все остальные, кого я знаю. Он обладал выносливостью каменщика и молотил по барабанам с огромной силой. При этом он мог играть и с помощью легких прикосновений. Во многих отношениях Бонзо был в LED ZEPPELIN ключевой фигурой»». По ходу туров Бонэм доукоплектовывал свою ударную установку, включая в нее оркестровые литавры, конги и симфонический гонг. Считается, что Джон первым в истории использовал драм-синтезатор.

Не удивительно, что читатели «Melody Maker», «Rolling Stone», «Classic Rock» и «New Musical Express» в разные годы называли Бонэма лучшим ударником мира рок-н-ролла.

Сын Джона, Джейсон Бонэм, поддерживает дружеские отношения с Гленном Хьюзом, записывая с ним альбомы и выступая на концертах (группы BLACK COUNTRY COMMUNION, CALIFORNIA BREAD).

Владимир Дрибущак,
г.Винница, Украина



1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Я ознакомлен и согласен с Политикой конфиденциальности *